антресольное настроение…
Не люблю я гриппом болеть. Состояние такое, что хочется отключить телефон и дверной звонок, и сына, и бабушку.
Хочется скататься в рулончик, и что бы положить себя в темное прохладное место в кладовке хотя бы на несколько дней.
И на душе сразу зима, и уже безразлично, что за окном все зеленое, а на столе в вазе полевые ромашки и клевер.
У Рика температура вызывает повышенную реактивность и он бесконечно скачет на батуте пока не засыпает там же, прямо в прыжке, уже обессиленный.
И нужно набрать лекарство в шприц, а руки трясутся, и тут уже не до вен, а сделать бы обычный укол, и было бы проще вызвать скорую, но у меня нет сил на уговоры, и нервы усиливают криз. Ну почему же ей становиться плохо, каждый раз именно тогда, когда мне нужна ее помощь. Хотя бы уж в виде ее нормального самочувствия.
И я только мечтаю о прохладном чулане, и растягиваюсь на полу. Сын уснул, а лекарство бабуле, пока помогает, и у меня есть минута, что бы отдохнуть.
Не жду ни сочувствия, ни понимания, просто выговориться, просто устала...
Хочется скататься в рулончик, и что бы положить себя в темное прохладное место в кладовке хотя бы на несколько дней.
И на душе сразу зима, и уже безразлично, что за окном все зеленое, а на столе в вазе полевые ромашки и клевер.
У Рика температура вызывает повышенную реактивность и он бесконечно скачет на батуте пока не засыпает там же, прямо в прыжке, уже обессиленный.
И нужно набрать лекарство в шприц, а руки трясутся, и тут уже не до вен, а сделать бы обычный укол, и было бы проще вызвать скорую, но у меня нет сил на уговоры, и нервы усиливают криз. Ну почему же ей становиться плохо, каждый раз именно тогда, когда мне нужна ее помощь. Хотя бы уж в виде ее нормального самочувствия.
И я только мечтаю о прохладном чулане, и растягиваюсь на полу. Сын уснул, а лекарство бабуле, пока помогает, и у меня есть минута, что бы отдохнуть.
Не жду ни сочувствия, ни понимания, просто выговориться, просто устала...